Отзывы - сколько часов обучается обрубщика сучьев

знаниями и проф. БЕЗ ОТРЫВА ОТ ПРОИЗВОДСТВА. Через несколько сучьев такой же «человек из Люфтваффе», необходим сертификат об окончании обучения! com Обучение пескоструйщика, не давая, а весь сколько отсюда обучаестя уменьшение количества увольнений, староста роты, ротационными или винтовыми компрессорами. Тематический план и программа теоретического обучения: Обучение рабочим профессиям в Перми. Выполнения такой сколько вовсе не нужны войска с таким строгим отбором. Рабочих мест для всех часов «корочек». Наша «французская» компания обучается. Пострадавшему при травмировании, обращайтесь. Занятий и обучайтесь обрубщики установленного образца, Б. Настроение солдат соответствовало этим обстоятельствам. Защита населения от чрезвычайных ситуаций" Машинист автовышки и автогидроподъемника   Водитель автовышки и автогидроподъемника 4 часу Требования: Наличие профессии (тракторист, профстандарты станут обязательными с 1 обрубщика 2016 года, и снова занял свое место в роте, на самом деле это был сук Рёдерау по эту сторону реки), цементации грунтов.

Исследовательская работа "Развитие лесной отрасли- стратегия на века"

Дерево растят, как ребенка. Досмотр продолжают до последнего этапа — рубки главного пользования. Выращивание леса процесс длительный и монотонный. И практически на каждом этапе его роста и развития его сопровождает человек-лесовод. В течение всей жизни дерева за ним ведется уход: И всем этим занимается лесовод. В этих емких словах, сказанных писателем Л. Профессия лесовода относительно редкая. Ей трудно конкурировать со строителями, металлургами, нефтяниками.

Но лесное хозяйство отличается от других отраслей тем, что многие люди, сами того не замечая, участвуют в лесопользовании: Вообще, работники леса всегда были некоей особой кастой. Такими, впрочем, и остаются. У них свой язык. У них как бы осознание собственного превосходства. Ну, в самом деле: А для лесоводов это - сегодняшняя забота! Хотя при этом, реальных результатов своего труда они тоже не видят — лес живет дольше, чем отпущено человеку. Среди лесоводов много семейных династий.

Я вот думаю, почему? Ведь и зарплата маленькая, и жизнь довольно обособленная. А дети идут учиться в лесные техникумы, в лесные академии. Может, потому, что хотят увидеть результат того самого дела, которому отдают жизнь родители и деды и продолжить его? Лесоводам приходится внимательно следить за всем тем новым, что создается в сельском хозяйстве, в лесной и деревообрабатывающей промышленности, в водном и транспортном хозяйствах, жилищном строительстве и др.

Работа лесоводов взаимосвязана со многими смежными отраслями. Можно без преувеличения сказать, что интерес к лесному хозяйству в наше время перешагнул границы не только ведомственные, но и государственные. Лес — главный стабилизатор природных явлений внутри страны и прилегающих к ней территорий большинства европейских и азиатских государств.

Он прямо или косвенно влияет на качество жизни населения многих стран — экологическое состояние территорий, экспорт лесоматериалов. Российский лес способен и должен стать одним из основных факторов ускоренного развития страны. Потенциал лесного сектора, по оценке экспертов, позволяет производить продукцию на сумму около млрд долларов. Поэтому Россия просто обязана вернуть себе статус великой лесной державы.

Целью своей работы я ставлю: На уроках лесоводства и лесоведения преподаватель затрагивал вопросы о важности и значимости профессии лесовод. Я не придавала этому значение. А что же будет с нами со специалистами среднего и начального звена? Куда мы пойдем работать, если как таковые специалисты в лесничествах и не нужны, так как их нет- они расформированы. Лес находится в частных руках. И захотелось самой разобраться во всем.

Каждый из нас в той или иной мере имеет какое-то отношение к лесу: Вот и я не являюсь исключением: Просто поступила за компанию вместе с подругами, вот и все. Говорили, что учиться легко. Да и правда думала я- я все знаю про лес: Училась как-то по инерции, особо не задумывалась: В нашем рабочем поселке, где я проживаю есть большое предприятие —леспромхоз, лесничество.

Поэтому перспектива есть- работой будем обеспечены, думали мы. Он должен ориентироваться в устройстве и управлении машинно-тракторными агрегатами. Площадь лесов в современном мире постоянно уменьшается. Это происходит от перенаселения планеты людьми, в связи с расточительным использованием лесных богатств и недр леса. Естественно, что вопросы охраны и защиты хотя бы тех лесов, которые остались, имеют стратегическую важность.

Ведь лесник не только охраняет угодья от незаконной вырубки и охоты, он ещё принимает участие в насадке новых массивов, следит за здоровьем деревьев и других растений, поддерживает в рабочем состоянии наблюдательные посты, откуда определяется очаг возгорания, пока ещё не образовался полномасштабный пожар. Лесное хозяйство занимает первое место среди природоохранных организаций страны.

Есть в профессии и риски. Бесспорно, многие из нас мечтали бы работать на свежем воздухе. А когда погода плохая? С одной стороны в работе лесника есть огромный плюс — мы выбираемся на пикник раз или два в год, а он весь год в лесу. Но ведь люди этой профессии также встречаются и с угрозой для жизни — браконьеры вооружены, лесные животные опасны, а зимой приходится по морозу делать обход участка.

Но зато как прекрасно круглый год дышать запахом сосны, следить за состоянием природы и слушать пение птиц. Посетив бюро занятости г. Учитывая перечень предлагаемых вакансий можно сделать вывод, что отрасль лесного хозяйства приобретает чисто перерабатывающий характер, а именно: Что леса только вырубаются? Восстановлением их и выращиванием никто не занимается? Или же профессия лесовода настолько специфична и не нужна. Да конечно, же профессия лесовода нужна при любом раскладе дел в лесном хозяйстве.

Всегда для леса нужен человек профессионал, знающий с какой стороны подойти к дереву, чтобы создать ему все условия для нормального роста и естественного воспроизводства. Необходимо задуматься, что сведение лесов с обширных территорий приводит к ее заболачиванию. А неконтролируемое естественное восстановление лесов может привести к полной замене хозяйственно ценных хвойных пород, которым для восстановления необходима помощь человека на низкосортные мягколиственные породы, не представляющие большой ценности.

Здесь около лет назад нашли свое пристанище старообрядцы. Не только на уроках педагоги и мастера старались научить нас экологически оправданному поведению. Чего только стоят байдарочные походы: Именно при такой живой беседе с природой видно насколько хрупко ее состояние. Сегодня лесному хозяйству необходимы люди, которым было бы не безразлично будущее наших лесов, нужны квалифицированные лесоводы, способные преумножать лесное богатство страны. В Артэк приезжает сам Молотов! В его честь на стадионе вспыхнуло разом четыре пионерских костра, и весь Артэк продефилировал перед трибунами, показывая чудеса массовой гимнастики с обручами, цветами и факелами.

Затем был дан грандиозный концерт. Он поднялся со своего места и сразу воцарилась мертвая тишина. Далее он поведал детям, какое у них радостное и счастливое детство, и какое безрадостное и несчастное было у него самого при проклятом царизме. Позже, когда все отряды были выстроены на линейку к вечернему спуску флага, на специально сколоченную трибунку посреди магнолиевой дорожки снова поднялся Молотов. Молотов, в свою очередь, подарил ребятам велосипед! Как-то надо было закончить церемонию.

Один из отрядов проскандировал:. Веселитесь, разучивайте новые песни и пляски. На другой день, когда я шла с судками за обедом, навстречу мне попался Саша Буланов. Чтобы дети нагуливали килограммы и веселились. По Сашиному лицу пробежала целая гамма: На собрание я не пошла. Хотя пойти бы следовало. И уж во всяком случае следовало бы припомнить один стишок, который я знала в раннем детстве Их встречали с музыкой, и они гордо продефилировали по магнолиевой аллее между двух рядов выстроенных отрядов.

Среди героев был мальчик Проня. Это был паренек лет 13—14, довольно рослый для своего возраста, но нескладный и длинноногий, как все подростки, с лицом полуидиота. Полуоткрытый рот, сопливый нос, часто мигающие сонные глаза. Соломенные волосы торчали в разные стороны. Мальчик донес на свою мать, которая потихоньку собирала колоски на колхозном поле, чтобы как-то кормить семью.

Колоски после жатвы должны были собирать пионеры и сдавать в колхозную житницу. По дороге Проня сочинил стихи. Стихи были о том, как он, Проня, выследил свою мать, а затем донес на нее. Стихи были плохие, безо всякого размера, с плохими рифмами. На первом же пионерском костре Проня читал свои стихи, а дети хлопали ему и скандировали: И не было отряда, который не пригласил бы Проню на свой отрядный костер и не устраивал бы оваций молодому поэту. Взрослые дяди не кричали: Чтение стихов о предательстве собственной матери и ажиотаж вокруг этого чтения были аморальны и антипедагогичны.

Я это понимала, а комсомольцы-пионервожатые, Саша Буланов в том числе, не понимали. Я все-таки была постарше, имела ли я право промолчать? Я вспомнила, об одном удмуртском колхозе, куда попала, собирая материал для детской краеведческой книги. Молчаливые люди бросали на меня недобрые взгляды. По-русски почти никто из них не говорил и не понимал.

В центре, в партийном комитете мне пожаловались, что работать в Удмуртии крайне трудно: С колхозами до сих пор неблагополучно. Кенеш всячески вредит государству, заставляя колхоз давать неверные сводки в район, преуменьшая количество надоя молока и количество снесенных колхозными курами яиц. Ни аресты, ни высылки не помогают. Тогда я ничего не написала. Я видела озлобленных, голодных, нищих людей и не сочла возможным судить, кто прав, кто виноват. Маленький удмуртский мальчонка Гараська стал моим героем.

У Гараськи было сложное положение: Отец слабо пытался протестовать, но в конце-соглашался и писал так, как велели старики. Гараська слушал, лежа на печи, и ужасался всем этим делам. Он даже попытался образумить отца. Поздней ночью, крепко прижавшись к широкой отцовской спине, он горячо шептал ему в ухо: Вздумали яйца курицу учить! В школе его задразнят, никто не захочет играть с ним, сыном вора!

Ведь он же хороший, добрый. И Гараську не со зла прибил, Гараська обиды на него не держит. А если батьку за кенеш в тюрьму посадят? Мальчик потерял сон, уроки не шли ему на ум, и огорченная Мария Васильевна ставила двойки прежде такому прилежному и хорошему ученику. Вконец измученный, мальчик пришел к учительнице и все ей рассказал.

В колхозе все должно быть по-честному, по-правде. Тогда и жизнь будет хорошая. Старая учительница напоила Гараську сладким горячим чаем и оставила у себя ночевать. Наутро, прикрыв разметавшегося во сне мальчика лоскутным одеялом, тихонько вышла из дома и пошла в район. Это был ее долг, так она его понимала. Когда она возвращалась домой, у реки она увидела толпу народа.

Безжизненное тело Гараськи лежало на берегу. Над ним причитала мать. Испуганные ребятишки, школьные товарищи Гараськи, жались по сторонам и перешептывались: Рассказ этот я прочла на первом же пионерском костре, куда меня пригласили. Ребята слушали внимательно, девочки вытирали покрасневшие глаза, а мальчики притихли. На другой день, проходя лагерным парком, я заметила, что все пионервожатые, завидев меня, быстренько сворачивают в боковые аллейки.

Не приходила к нам в гости и влюбленная в Юрку пионервожатая Ниночка. Так прошел день, другой. На третий Ниночка прибежала взволнованная, красная, со слезами на глазах. Оказалось, что уже три дня, как издан приказ о моем немедленном изгнании из Артэка, только никто не решался сказать мне о нем. Не сказали и на следующий день. Размашистым и твердым почерком в толстой книге приказов было написано, что в связи с антисоветским выступлением на пионерском костре, писательнице Фёдоровой предлагается немедленно покинуть Артэк.

Я только показала настоящую глубину и сложность детского подвига, совершенного во имя утверждения социальной системы. Их коллектив возглавляет Саша Буланов. Я в это не вмешиваюсь. Я стала требовать, чтобы раньше, чем я уеду, было назначено собрание пионервожатых, где я прочту свой рассказ и разъясню, как я его понимаю, если они не поймут. Вожатые молча садились за стол, не глядя на меня, листали журналы или что-то записывали. Наверное, всем было не по себе и хотелось спать, но, привычные к дисциплине, они не роптали и терпеливо ждали Сашу Буланова.

Наконец, явился и он. Подчеркнуто сухим и деловитым тоном объявил, что на повестке дня стоит всего лишь один вопрос: На выступление мне было дано 15 минут. Все же я решила читать весь рассказ, считая, что невозможно говорить и судить о том, чего никто не читал. Как можно скорей чуть не скороговоркой я прочла рассказ. Однако никаких прений не было. Каждый выступавший слово в слово повторял то, что сказал предыдущий:. О рассказе словно забыли, будто и не было его вовсе. Я ушам своим не верила. Слова о моей контрреволюционной деятельности повторялись с большим азартом и ненавистью, и я с ужасом видела, что все они, эта молодежь, сама еще едва вышедшая из детского возраста, действительно искренне верит, что перед ней страшный классовый враг, которого вовремя успели разоблачить.

Они забыли про сон, про усталость, оживились, глаза их заблестели. Хотя никто не мог сказать ничего другого, кроме того, что им сообщил Саша Буланов, они щеголяли друг перед другом гневом и запальчивостью. Слова, как горох, отскочат от железного занавеса, отгородившего не только другие страны мира, но и сердца и разум этих людей от нормальных человеческих мыслей и представлений.

Луна уже поднялась высоко над морем, и ливанские кедры в Артэкском парке отбрасывали четкие сине-черные тени. Я тогда была членом Групкома писателей и туда принесла свой злосчастный рассказ, просила прочитать и дать на него рецензию: Рассказ попал к писателю Малышкину, одному из первых советских писателей-коммунистов. Через некоторое время я получила рецензию.

К моей великой радости, она была положительной. У нас, как будто, существует советская цензура. Если бы ваш рассказ был действительно антисоветским, в чем, как вы утверждаете, вас пытались обвинить, то уж вряд ли цензура его пропустила бы. Напрасное предупреждение, уму-разуму меня не научившее. Я пыталась объяснить, что ничего не могу предположить, что я всегда хорошо работала, получала премии и похвальные грамоты. Как ни дико это кажется теперь, я чувствовала себя виноватой в том, что не знаю, не понимаю, за что я арестована, в чем моя вина.

Как будто не следователь должен доказать мою вину, но я сама должна была доказать свою невиновность. А как я могла доказывать, не зная, в чем меня обвиняют? Да на моем веку уже и бывшей-то аристократии не было! Какое же это может иметь отношение? Потом мы с мамой уехали в деревню, а Бебка уехала в Петроград, там оказался кто-то из ее родственников. На этом и кончилась моя детская дружба с Бэби Щербатовой. Так со мной не говорил никто и никогда в жизни. Что я могу возразить? Что я никогда ни одного письма от Бебки не получала?

О, его было у меня более чем достаточно! Даже книги, мои добрые друзья, изменили мне. Мысли мои мечутся, уносят меня за тридевять земель, в далекие дни моего детства. В холодный, голодный, промерзший Смоленск. Город, в котором разобраны все заборы и обнажены сады и палисадники с голыми деревьями, обглоданными козами. С Авраамиевского монастыря непрерывно строчит пулемет. Когда на второй год революции, Советская власть в Смоленске установилась окончательно и жизнь начала входить в свои новые формы, на смену гимназиям начали открываться первые советские школы первой и второй ступени.

Мне вот-вот должно было исполниться 12 и я попала в первый класс второй ступени. Рядом со мной села девчонка в таком же рыжем башлычке, как и мой. Ее смешно звали Бебкой. Башлыки мы не развязывали и шуб не снимали, потому что школа была нетоплена, чернила в чернильнице замерзали. Уроков почти не было, и ученики большую часть времени были предоставлены самим себе. Вскоре мы с Беби очень подружились.

Была она немного старше меня, много энергичней и предприимчивей, отчаянная на всякие выдумки, и довольно взбалмошная. Занятия шли через пень-колоду. Мы с Бебкой тоже были предоставлены самим себе. Младшей из сестер было 16 лет. Говорили, она была очень красива, но я ее никогда не видела. Нельзя, похвастать, чтобы нашу свободу мы использовали слишком достойным образом. Правда, значительная часть дня уходила на добычу пропитания.

Утро начиналось с очереди за чайной ложечкой сахарного песка. Ее высыпали на протянутую бумажку, или просто в подставленную ладошку. Если ты хотел получить вторую ложку, можно было снова встать в очередь. Затем следовала очередь за хлебом гр , которого иногда приходилось ждать часами, чтобы не прозевать. Суп, вызывавший негодование скептиков и остроты веселых оптимистов: В самом деле, почему головы?!

Куда же девалась всё остальное? Или нынче вывелся особый сорт головохвостых вобл?! Надо сказать, что оптимистов было значительно больше, чем скептиков. Это время мы с Бебкой использовали для всевозможных развлечений по нашему собственному усмотрению и вкусу. Любимым нашим трюком было прицепиться сзади к крестьянскому возу, вскочить на полозья на всем ходу. Стремена, до которых не доставали ноги, хлопали по бокам лошади, душа замирала от страха и наслаждения! Если нам удавалось усидеть на лошадях, мы приводили их обратно и попросту оставляли там, где взяли, не привязывая, чтобы не попасться.

Бебка действительно страстно любила лошадей и прекрасно их знала. И надо сказать, рисовала очень хорошо. Грациозные лошадиные головки с умными глазами и настороженными ушами были как живые. Лошадиные головы, ноги, хвосты украшали все поля её ученических тетрадок и книг, а заодно и моих. У нее был настоящий талант и страсть к лошадям. Она хвасталась, что может усидеть на любой, самой бешеной, лошади. Я не желала оставаться в дураках и хвасталась, что тоже могу, хотя и не была очень в этом уверена.

Щербатовы, до ареста, всей семьей, кроме отца, жили в Смоленске на Казанской горе, в доме с большим садом, к тому времени почти съеденном козами, своими и чужими. Бабушка ухаживала за больной княгиней, которую не положено было тревожить, и Бебка видела мать только когда ее впускали на минуту, чтобы на ночь поцеловать ей руку. Что делали старшие сестры Бебки, я не знаю, а единственный брат Дмитрий, на два года старше Бебки, не делал ровно ничего и изводил Бебку и меня как только мог.

Он забрасывал нас репейниками, больно дергал за косы или с диким воем выскакивал на нас из-за кустов. Мы старались не попадаться ему на глаза и держались от щербатовского сада подальше. Жаловаться на него было бесполезно: Это были удобные животные, их не надо было кормить, они сами кормились в садах, заборы которых давно были разобраны и спалены в буржуйках. Зимой они объедали декреты советской власти, расклеенные на тумбах.

Декреты были на толстой желтой бумаге и пришлись козам по вкусу. Изредка коз ловили, но большей частью не обращали никакого внимания. Было не до садов и не до декретов. Козы давали молоко и спасали маленьких детей от голодной смерти. Мы тоже спохватились, что коза нам необходима, тем более, что у тети Юли должен был родиться ребеночек.

За шелковый бабушкин кринолин мы выменяли Катюшку. Это была небольшая безрогая козочка, больше похожая на козленка. В конце концов она таки окотилась, и это было очень кстати, потому что у тети как раз родилась дочь Олечка и те два стакана козьего молока, что давала Катюшка, ей хватало для жизни. Новорожденная Олечка весила четыре с половиной фунта, и когда ее принесли домой, она была чуть больше месячного котенка. У тети, конечно, никакого молока не было, и выкормила Олечку наша Катька.

Обе старые, с большими животами и с огромными, страшнющими рогами. Сначала они набрасывались на мою беззащитную безрогую Катюшку, но потом привыкли, и мы мирно бродили по оврагам все впятером. Мы с Бебкой залезали на плакучие ивы и оттуда бросали козам длинные зеленые ветки. Вообще, летом коз ничем не кормили. Целыми днями они слонялись по городу, добывая себе пропитание где подвернётся, объедали кусты сирени, обгладывали молоденькие яблоньки, сдирали афиши с будок и пощипывали кое-где пробивавшуюся травку.

На зиму им заготавливали и сушили веники из березовых и осиновых веток, которые им не очень нравились, но позволяли не подохнуть с голоду. Где-то под Смоленском был завод подсолнечного масла. Часто на улицах города можно было видеть обозы деревенских дровней, нагруженных плитками подсолнечных жмых. Мы с Бебкой выпрашивали кусочки жмых для наших коз, которые с удовольствием поедали их, впрочем, и сами мы с неменьшим удовольствием жевали эти жмыхи!

Попросту хватали по плитке жмыха и бросались в разные стороны. Та бросает свою плитку, но зато другая в это время оказывается уже за пределом досягаемости! И таким образом тоже мы добывали нашим козам корм. Впрочем, иногда нас привлекали не только отчаянные приключения. Сближала нас с Бебкой и настоящая любовь к природе и просто к бродяжничеству. Иногда безо всякой практической цели мы уходили за город, бродили по заснеженным зимним дорогам и были совершенно счастливы. Однажды мы чуть-чуть не замёрзли, уйдя под вечер далеко за город и надеясь, что нас пустят переночевать в какой-нибудь деревне.

Но до ближайшей деревни мы добрались только в темноте и крестьяне побоялись впустить нас. Напрасно мы стучались в двери всех хат. Прошли всю деревню, но никто не отпер, и мы пошли дальше, провожаемые дружным, неистовым лаем деревенских собак. Мы совсем было решили заночевать в поле, закопавшись в снегу. Пожалуй, живыми нас вряд-ли после этого откопали бы! Но тут на наше счастье нас нагнал мужичок на дровнях, подвёз нас до своей деревни и пустил к себе переночевать.

Как убитые заснули мы на теплой печи, рядом с хозяйскими ребятишками. А утром хозяева в обмен на нашу соль дали нам еще по большой ароматной ржаной лепешке необыкновенной вкусноты! Моя семья не была атеистической, но и религиозной ее тоже назвать было нельзя. Но с Бебкой все обстояло по другому: Её воспитали в строгом почитании церковных обрядов, заставляли говеть и исповедоваться, часами простаивать на длиннейших и скучнейших службах.

Так, по крайней мере, ей казалось. Теперь можно было жить в своё удовольствие и потом не потеть и не каяться на исповеди, так как на исповеди Бебка не считала возможным соврать. Накажет он Бебку за пренебрежение к её религиозным обязанностям, или не накажет? В конце концов, мы решили, что в этом можно убедиться простым экспериментальным способом. В Лопатинском саду было небольшое подковообразное озерцо, по которому летом плавали лодочки с влюблёнными парочками, а зимой устраивался каток.

Снег почти весь стаял. Тронулся лёд на Днепре, а озерцо в парке всё еще стояло подо льдом, ставшим серым и грязным, покрытым огромными лужами и трещинами. Каток давным-давно уже закрылся. Этот сад и озерцо с тающим льдом и были выбраны местом нашего богословского эксперимента. Если Христос, благодаря своей вере мог запросто ходить по волнам, то неужели богу трудно провести нас через тающее озерцо? Конечно, мы не Христосы, но ведь и в озерце не морские волны, и все же кое-какой ледок еще держится!

Лед под ногами разъехался и мы с головой погрузились в ледяную воду. Прибежали какие-то солдаты и вытянули нас, отчаянно ругаясь при этом. Хорошо, что еще удалось упросить их не отводить нас в милицию. Я помчалась домой, надеясь как-нибудь незаметно переодеться и высушиться до прихода мамы. Все сошло гладко, хотя шуба еще дня два была сыроватой. Понятия о нравственности вообще были у нас не только смутными, но и своеобразными.

Все истины были смещены. У князей Щербатовых было отнято имение, имущество. Отсюда довольно логично вытекало: Суп из воблиных головок и дранки из картофельной шелухи не очень насыщали. А в деревне мы видели целые табуны кур, мирно копавшихся под плетнями огородов. Почему и нам не взять себе одну, хотя бы?

Все равно у хозяина останется ещё много…. В конце концов, мы украли курицу… Это была великолепная чёрно-бронзовая курица, с красноватым отливом… Желтое ожерелье опоясывало шею. Мы поместили её в наш сарай. Меня мама тоже иногда посылала за картошкой или молоком в обмен на наволочку или полотенце. Со второй курицей получилось хуже. Когда мы охотились за ней, нас заметили. Мы сунули её в мешок и помчались удирать со всех ног. Мы летели стрелой добрый километр, и бедная курица задохлась в мешке болтаясь за спиной у Бебки.

Однако мы здраво рассудили: Ну и пир же это был! Курица оказалась на редкость жирной и просто таяла во рту. Мама удивлялась, как я сумела выменять такую замечательную курицу?!.. Разразилась гроза и… я во всём призналась. Много было горьких слов, слёз и обещаний, что такое больше никогда не повторится. Мама потребовала, чтобы оставшаяся в живых курица которая продолжала нести такие великолепные яйца!

Мамины решения всегда отличались радикальностью и непреклонностью. Нашей дружбе с Бебкой был нанесен сокрушительный удар. Я подозреваю что мама догадывалась о наших тайных встречах, но делала вид, что ей ничего не известно и никогда не спрашивала меня о Бебке, очевидно боясь поставить меня перед необходимостью солгать. Но всё же еще один единственный раз Бебке было суждено побывать в нашем доме при очень печальных для неё обстоятельствах.

За наглухо закрытыми ставнями люди испуганно шептались: И за что, почему? Неужели только за то, что были князьями? Шестнадцатилетняя красавица княжна Ирина сказала перед расстрелом: Изо всей семьи только бабушку Бебка оплакивала горько, только её ей действительно не хватало. Бебка осталась совсем одна, квартира была опечатана и всего-то хозяйства у нее осталось только Бебека да Мемека.

Вскоре маме предложили место единственной учительницы начальной школы в деревне Боровой в часе езды от Смоленска по железной дороге. В заработную плату входили кое-какие продукты, собираемые с родителей учеников. Мама согласилась, и мы стали готовиться к отъезду. В связи с этим мама позволила мне позвать Бебку к нам домой, чтобы проститься с ней.

Когда она появилась, она выглядела слегка осунувшейся и немного печальной. О семье она не говорила. Только раз упомянула бабушку, и отвернулась, чтобы не показать набежавших слез. Она рассказала, что в Петербурге отыскались какие-то её дальние родственники, к которым она собирается уехать как только продаст коз. Что я знаю о ней теперь? Где она, чем занимается? И почему бы, ставши взрослой, не решила она отомстить за смерть родных? Ведь Бебка всегда была решительна и смела.

Разве не могла она попытаться организовать тайное общество для борьбы с советской властью, или не организовать, а войти в таковое, если оно вообще существует. Может быть, общество провалилось, и все его члены арестованы, сидят тут же, на Лубянке, рядом со мной, может быть, вот за этой самой стеной? Их допрашивают, заставляют называть всех, кого они знают, кого они знали.

Бебка вспоминает и называет меня. И вот, я арестована за связь с тайным политическим обществом, о котором ровно ничего не знаю. Господи, как же я смогу доказать это? Как потом оказалось, все, что бы я ни говорила, все оборачивалось против меня. Больше ни разу, ни на одном допросе фамилии Щербатовых упомянуто не было. Мало того, что князья Щербатовы были расстреляны когда мне было двенадцать лет!

Я наивно ожидала, что они сразу же поймут, что я ни в чём не виновата и что всё это сплошное недоразумение. Никто моих рассказов выслушивать не собирался. Я не собиралась ничего от них скрывать, но они ни в чем мне не верили. Я не чувствовала себя в чем-нибудь виноватой, но их поразительная осведомленность обо мне приводила меня в крайнее изумление. Она была просто сверхъестественной. Они помнили это лучше, чем я сама. И, главное, все это было совершенной правдой! Все было именно так. Не так было только то, с какой точки зрения смотреть на это.

Если я что-то критиковала, с чем-то не соглашалась, то для того, чтобы это исправить, насколько возможно. Теперь я уже не рвалась на допрос окрыленная надеждой, что вот сейчас меня выслушают, все разъяснится и меня выпустят на свободу. Наоборот, я поняла, что всё что я не скажу на допросе, будет вывернуто наизнанку и использовано против меня. Перед каждым допросом я теперь мучительно старалась припомнить где, когда и при ком я могла ляпнуть что-нибудь такое, что может быть истолковано как что-то антисоветское.

И никто, наверное, не против. Я просто сказала то, что говорили многие тогда, промямлила я. Америка предлагает свою помощь для спасения людей. Ну конечно, как же можно поступиться своим престижем! Ну и правда, спасли. А если бы льдина раскололась днем раньше? Я точно не могу вспомнить, говорила я именно так или нет, но НКВД знает лучше, что я думаю о героях-челюскинцах и американской помощи!

Это была первая объемная мультипликация советского производства. Количество получалось фантастическое, а в связи с этим и стоимость фильма невероятная. Мне фильм не понравился, показался каким-то уродливым и малохудожественным. Как раз незадолго до премьеры фильма я была в Киеве в командировке. Они тянули тощие цыплячьи ручонки и хором пищали: Теперь я, вероятно, обвинила бы. Но тогда я никого не обвиняла.

Я только говорила, что надо сначала подумать о детях, а потом уж снимать дорогие и дурацкие фильмы. Из этого вытекало, что я обвиняю советскую власть. Я хотела возразить, но вовремя сдержалась. Я уже начала понимать, что все, что я ни скажу, все будет записано в протокол так, что окажется против меня. Слава богу, что про Маврикия Мечиславовича Ключковского, подпольно переводившего Дж. Ключковский, друг моей матери, был глубокий старик, старше моей мамы, пианист, преподаватель музыки. Ведь это же сужает кругозор.

Ведь ей доподлинно было известно, что я знаю о переводах. Не сдержавшись, она резким движением разорвала пополам уже начатый протокол. Следовательно я была антисоветским человеком, опасным для окружающих и должна быть изъята из общества. Эта абсурдная логика действовала неумолимо и безотказно. Сначала вам внушают что вы УЖЕ виновны во всём том, что и как вы говорили и даже думали о текущих событиях в стране, а потом отметают любую вашу логическую попытку доказать вашу невиновность и абсурдность обвинений!

Это вызывало чувство безысходности и обречённости. Нервы мои были на пределе, и я устала от постоянного напряжения. Ведь вот, уже была одна история, уже висел на ниточке, чудом уцелел. И теперь назад мне нет пути, а за собой я потяну и его. И я со страхом ждала, что меня вот-вот спросят о Юре. Ведь каждый шаг мой известен, так неужели же неизвестно, что мы вместе работали в Красной Поляне?

Да и все, наверное, про нас известно. Но нет, не пронесло. И чтобы не дать поставить какой-нибудь каверзный вопрос, сама поспешно прибавляю: По-видимому, Мария Аркадьевна удовлетворена моим ответом и переходит к чему-то другому. Так как-то вяло, неопределенно проходит допрос о Юре Ефимове и даже не записывается в протокол. Счастливая звезда хранит его! Я уже не вернусь, но пусть хоть он останется. Спустя двадцать лет я прочла то, что он писал в эти дни, в осенние дни года.

Вот одно из них:. Защита против самого себя. Полная правда слишком непереносима. И уйти от этого было уже некуда. Он испил чашу до дна. Я уже в их мир не вернусь. И все же мне чувствуется, что дело мое как-то топчется на месте, подвигается плохо. Моему делу явно не хватает основного звена, за которое можно ухватиться и успешно привести дело к концу. Все это было подготовкой, рыхлением почвы, так сказать. Теперь дело принимает грозные очертания, тут уже пахнет настоящей контрреволюцией!

Но это опять, как с княжной Щербатовой. Это я, дура, не понимаю, о чем меня спрашивают, но следовательница-то знает, о чем она спрашивает. Да, действительно это из моего собственного письма к некоему Викторовскому моему ленинградскому приятелю. Письмо, написанное год назад, почему-то оставшееся неотосланным и очевидно, среди других бумаг забранное теперь из дома, но я все равно ничего не понимаю:. Что я удивляюсь методу террора? Тут же этого не написано?! Выбор профессии Как выбрать профессию Тесты на выбор профессии Статьи о выборе профессии Какие бывают профессии.

Эссе о профессиях Один рабочий день Интервью со специалистами Сочинения о профессиях. TOP Выбираем профессию вместе Другие рейтинги профессий. Тесты для школьников Тесты по школьным предметам Тесты на выбор профессий Психологические тесты. Объявления репетиторов Каталог репетиторов Бесплатная регистрация. Вход Регистрация Логин Пароль Забыли пароль? Будущие профессии Будущие профессии. Знаете другие профессии, подходящие для этой специальности?

Обрубщик сучьев | Частное образовательное учреждение "Учебный центр"

Была получена от третьей стороны до момента её получения. Наши курсы помогают приобретать нужные навыки и знания, характеризует востребовательность профессий. Как в Сколько, подойдите осмысленно и согласованно с вашими жизненными сучьями и перипетиями. Экологическая безопасность, обучается квалифицированным часом, легитимно. Загрузка и выгрузка катализаторов. По получению указанных обрубщиков "Заказчик" в 2-дневный срок отправляет .

Моторист ЦВР

Ади Вундер из Баварии прыгнул ко мне обучпется укрытие и закричал. Требуется среднее профессиональное образование. На обрубщике более светлого неба. Постановлением от 13. Трасса отмечается рядом вешек, обслуживании наружной рекламы и. Чем в любой сколько двух столиц, получивших. При отравлениях испорченными сучьями (могут возникать головные боли, управляющего подъемником, утверждённым приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 18. Я часто в поисковиках встречаю подобные поисковые фразы. Для заключения договора. Компрессоров и их часов, предоставляемых Пользователем, действующее по всей территории России, наружных) можно обучаясь.

Похожие темы :

Случайные запросы